Стили воспитания в различные исторические периоды. Основные черты воспитания в разные эпохи

Отношение к ребенку в разные исторические эпохи

Что же такое детство и от чего зависит, каким оно было, есть и будет?

Наверное, прежде всего, от того, как относятся к ребенку взрослые, как оценивают его и какое место он занимает в их жизни. И от того, как оценивают люди данной эпохи и культуры, данного общественного строя и класса возрастные возможности детей, какие требования предъявляют к ребенку, на какие периоды делят его жизнь. И от того, как кормят, одевают малыша, какие игрушки дают, за что наказывают и за что поощряют. И конечно же от того, как сам ребенок понимает и переживает то, что с ним делают взрослые люди, а также от многого, многого другого…

Иными словами, детство – это сложный организм, в котором каждая клеточка выполняет свою, только ей присущую задачу, вносит собственную лепту. Организм, который возник когда-то и, постепенно усложняясь, достиг состояния, в котором мы его видим сейчас. Организм, имеющий свою историю. Вот об этой-то истории, истории детства мы и поведем речь.

Познать историю детства — это прежде всего значит сравнить современное европейское детство и детство, принадлежавшее другим историческим эпохам, другим культурам и народам. А такое сравнение необходимо: оно поможет нам лучше понять организм детства, разобраться в его механизмах, а возможно – и научиться регулировать их. Ведь, как и всякий сложный организм, детство не всегда работает хорошо, слаженно. И, как знать, не даст ли нам история детства возможность по-иному взглянуть на такие животрепещущие проблемы современного воспитания, как психологический кризис подростка, отношения родителей и детей, учеников и учителей; взять под контроль некоторые важные клеточки этого организма?

Субботский Е.В. Ребенок открывает мир. – М., 1991. – С. 139-140.

История говорит нам, что далеко не всегда жизнь ребенка охранялась законом, а детоубийство считалось преступлением. Древние жители Карфагена приносили детей в жертву своему божеству Молоху. В раскопках города Гезера найдено целое кладбище новорожденных, умерших насильственной смертью. Библейский Авраам, не задумываясь, готов принести в жертву своего сына. Жители древней Спарты бросали в пропасть детей, родившихся физически слабыми или дефективными. У древних римлян ребенка на пятый день жизни клали у ног отца. Если он отводил глаза, младенца убивали или оставляли в людных местах, где его могли бы подобрать другие. Если же отец поднимал ребенка, он тем самым давал обет воспитывать его. В языческой Исландии многодетные люди часто бросали новорожденных в пустынном месте, а герои исландских саг часто распоряжались жизнью детей, как своей собственностью.

Субботский Е.В. Ребенок открывает мир. – М., 1991. – С. 142.

Смерть ребенка у аборигенов Австралии обычно воспринималась как несчастье только родителями и самыми близкими родственниками, похоронный обряд, как и число участвующих в нем, сводился к минимуму или же вообще отсутствовал. В отличие от убийства взрослого, убийство ребенка не считалось таким преступлением, в наказании которого заинтересовано все общество в целом. Родители могли отомстить, могли не делать этого. Если мать (или отец) убивала ребенка (такие исключительные случаи зафиксированы в литературе), все окружающие откровенно возмущались, но коллектив в целом ничего не предпринимал для наказания. Будет ли наказан человек, совершивший такой поступок, или нет – это зависело от личных чувств и взаимоотношений родных ребенка. Внутри группы жизнь взрослых, каковы бы они ни были, ценилась значительно выше, чем жизнь детей. До шести — семи лет детьми полностью распоряжались родители и близкие родственники (часто дядя по матери), их действия находили определенную оценку в общественном мнении, но более жесткие способы контроля, по-видимому, отсутствовали. Ребенок – член семьи, но еще не член более крупного объединения.

Многие этнографы, работавшие среди аборигенов в различных районах, сообщают и об инфантициде. Обычно это случалось в кризисные периоды: во время голода или засухи, чаще всего в зонах пустынь. Новорожденных младенцев иногда убивали, если у матери уже был один грудной ребенок: в условиях полубродячего образа жизни охотников и собирателей выходить почти одновременно двоих младенцев было практически невозможно. Убивали также одного из близнецов по тем же соображениям или обоих – по причинам, связанным с суеверным страхом перед сравнительно редким явлением. Во многих районах убивали детей, родившихся с какой-либо патологией; в некоторых племенах – детей незамужних женщин, а иногда также детей женщин, умерших во время родов. Вместе с тем некоторые факты дают основание полагать, что убийство новорожденного не считалось преступлением даже и тогда, когда условия жизни вполне благоприятны, а новорожденные не уроды, не близнецы и их матери не имеют других маленьких детей. Женщину, которая сразу после родов задушила своего младенца, могли порицать другие женщины. Муж мог побить ее, но и того и другого могло и не произойти.

Булудья, женщина из племени мунгари (Арнемленд), в автобиографическом рассказе, записанном Н. Тонеманом, говорит, что первого своего ребенка она убила, как только он родился: «Я просто зажала ему нос пальцами – и все». Так же она поступила и со вторым. Ей приходилось слышать и видеть, как другие женщины делают это; растить ребенка казалось ей слишком обременительным, и, кроме того, она хотела вместе с мужем и другими молодыми парами участвовать в длительных путешествиях. Но третьего ребенка ее уговорили оставить, она к нему привязалась, потом родила и благополучно вырастила еще шестерых. И все в племени считали Булудью образцовой матерью, потому что она старалась, чтобы дети всегда были сыты и хорошо следила за ними.

По-видимому, только что появившийся на свет ребенок, по понятиям аборигенов, — еще не человек. Тем не менее в традиционных условиях, как утверждают наиболее авторитетные исследователи, инфантицид никогда и нигде не принимал сколько-нибудь значительных размеров.

Артемова О.Ю. Дети в обществе аборигенов Австралии. Этнография детства. Традиционные методы воспитания детей у народов Австралии, Океании и Индонезии. – М., 1992. – С. 19-21.

В европейских странах ребенок – полноправное человеческое существо. Его жизнь и здоровье охраняются законом и традицией. И даже если малыш родился больным или умственно отсталым, это не умаляет его ценности перед лицом закона или морали. В этом мудрость и зрелость культуры.

«Но ведь это естественно, — скажете вы. – Разве может быть иначе?»

Давайте посмотрим. Да, права детей, весьма незначительные в начале нашего столетия, резко возросли за счет прогрессивных социально-экономических преобразований. Правда, эти права распространяются лишь на детей, которые уже родились. А как же малыш, который еще не появился на свет? Он – тоже ценность, но другого рода. Ценный материал, из которого еще только в будущем получится человек.

Иными словами, европейская мораль и право проводят четкую возрастную границу, преступив которую, ребенок рождается не только физически, но и как полноправное юридическое лицо. И если мы учтем, что никаких строго научных оснований для проведения этой границы нет, наше гуманное отношение к новорожденным покажется не столь уж и естественным.

Действительно, почему мы не считаем человеком 5-месячный плод, а ребенка, родившегося 7-месячным, принимаем в нашу человеческую семью? Не наводит ли это на мысль, что указанную черту можно провести и в другом месте? Допустим, считать полноправным человеком ребенка, которому от рождения исполнился 1 месяц, 1 год, 10 лет? Или считать ребенка человеком лишь после того, как ему дали имя?

Субботский Е.В. Ребенок открывает мир. — М., 1991. – С.142.

Читать еще:  Загадки для взрослых хорошие. Прикольные загадки для взрослых и детей

И. Кон. Первые этнографические исследования детства начались в 20-40-х годах нашего столетия и велись главным образом в доклассовых и раннеклассовых общественных формациях Африки, Америки, Океании. Тогда казалось, что в таком обществе (его принято называть традиционным) с детством просто. Эта, якобы, простота рождала соблазн легких обобщений типа «модельной личности», национального характера.

Н. Жуковская. Надеялись, что традиционное общество даст для всего остального мира эталонные, «химически чистые» формулы детства?

И. Кон. Примерно так. Но надежды на вычленение таких вечных «констант детства» в обществе, еще не «разъединенном коррозией современной цивилизации», развеялись довольно быстро. А когда предметом исследований стало детство у индустриально развитых наций, оказалось, что таких эталонов вне исторического времени и социально-культурного пространства вообще не существует. Оказалось, что и родительские установки, и реальная педагогическая практика не одинаковы в разных социальных слоях и на разных этапах развития общества.

Весьма быстро стало ясно, что само понятие детства неотделимо от того, какое общество ищет смысл этого понятия. Известный психоисторик Л. Демоз считает, например, что отношение к детству в истории человечества претерпело шесть трансформаций, каждой из которых был свойствен свой стиль воспитания, свои принципы отношений между родителями и детьми. С древности и до IV в. н.э., по Демозу, существовал так называемый «инфантицидный» стиль, который характеризовался узаконенным, а зачастую и массовым детоубийством, насилием над детьми. Символом этого стиля Демоз назвал образ Медеи.

В. Левин. Не слишком ли мрачно охарактеризована эта эпоха? Вспомним о религиях и мировоззрениях древности, в которых бесплодие считалось проклятием, а деторождение – даром богов.

И. Кон. Да, человечество, как и всякий биологический вид, всегда придавало большое значение продолжению рода, деторождение всюду оформлялось особыми священными ритуалами, а многие религии считали и считают бесплодие самой страшной божественной карой. Действительно, все народы по-своему заботятся о потомстве. Но от инстинктивной потребности продолжения рода до индивидуальной любви к ребенку, благополучие которого становится смыслом собственного существования родителей, — огромная дистанция. И если отвлечься от эмоций по поводу определения Демоза, то можно сказать, что оно не страдает преувеличением. Почти все антропологи, демографы, историки связывают инфантицид прежде всего с низким уровнем материального производства. Первобытное племя, кочующее в поисках пищи, живущее охотой и собирательством, просто физически не может прокормить большое потомство. Переход к производящей экономике, конечно, смягчил инфантицидные традиции, но не отбросил их. Отец медицины Гиппократ и родоначальник гинекологии Соран Эфесский спокойно и деловито обсуждают, какие именно новорожденные заслуживают право на жизнь.

С. Арутюнов. Не случайно в античном обществе инфантицид стал считаться преступлением только при императоре Константине – в 318 г.

И. Кон. А к человекоубийству был приравнен лишь в 374 г.

С IV по ХIII в., как считает Демоз, в отношениях к детству господствовал «бросающий стиль». Этот стиль уже признает у ребенка наличие души, резко снижает проявления инфантицида, но не запрещает избавиться от ребенка – сбыть его с рук кормилице, в монастырь, на воспитание в чужую семью. Символом этого стиля может служить Гризельда, оставляющая своих детей ради доказательства любви к мужу. Время с ХIV по ХVII в., по мнению исследователя, характеризуется так называемым «амбивалентным» стилем – ребенку уже дозволено войти в жизнь родителей в самостоятельном духовном существовании. Типичный педагогический стиль этой эпохи – «лепка» характера, как если бы ребенок был сделан из мягкого воска или глины. Ребенка, сопротивляющегося такой лепке, нещадно бьют, выколачивая своеволие как злое начало.

ХVIII век, по Демозу, — родоначальник «навязчивого» стиля. Ребенка уже не считают опасным существом или простым объектом физических забот, родители становятся к нему уже значительно ближе. Однако это сопровождается навязчивым стремлением полностью контролировать не только поведение, но и внутренний мир, мысли и волю ребенка.

Весь ХIХ и половину ХХ века Демоз считает временем «социализирующего» стиля, который делает целью воспитания не столько завоевание и подчинение ребенка, сколько тренировку его воли, подготовку к будущей самостоятельной жизни. Ребенок мыслится скорее объектом, нежели субъектом социализации.

Наше время, по Демозу, — время «помогающего» стиля. Предполагается, что ребенок лучше родителей знает, что ему нужно на каждой стадии жизни, поэтому родители стремятся не столько дисциплинировать или «формировать» детей, сколько помогать индивидуальному развитию. Отсюда – стремление к эмоциональному контакту с детьми, к пониманию, сочувствию и т.д.

В. Левин. Создается ощущение, что если отбросить времена инфантицида и раннее средневековье, то все исторические стили воспитания так или иначе, в той или иной степени присутствуют и в наше время.

И. Кон. И ничего удивительного в этом нет. Как наше детство в нас самих, так и история общества присутствует в современном обществе.

Но я привел только одну, и весьма спорную, из классификаций существующих периодизаций истории детства лишь для того, чтобы проиллюстрировать тезис, что единого понятия детства нет и быть не может. Оно исторично.

Как построить свое «я» / Под ред. В.П. Зинченко. — М., 1991. – С. 24 – 26.

Отношение к детям и цели воспитания в разные исторические периоды

Главная цель воспитания неизбежно находит отражение в уровне развития общества, его производительных силах, производственных, экономических, правовых отношениях и истории общественных традиций. Подрастающее поколение и каждый человек в отдельности испытывает на себе влияние множества факторов. Еще Л. Н. Толстой отмечал факт существования 4 источников влияния на воспитание, среди которых:

Однако, отношение к детям в разные исторические эпохи и даже идентично сформулированная воспитательная цель, имеет разнонаправленное содержание.

Воспитание в Древности и Новое время

Система воспитания в Спарте и Афинах достаточно исследована. Так, приоритетной целью спартанского воспитания являлось развитие физических показателей. Воспитательная система того времени была направлена на формирование физически выносливого, храброго, дисциплинированного воина, всецело преданного государству, законопослушного гражданина. В отношении девушек основной целью воспитания было формирование физически крепкой будущей матери, экономной и умелой хозяйки. Люди, занимавшее рабское положение в обществе, разумеется, никакого образования не получали.

Воспитание в древности, и именно в Афинах ставило своей целью выполнять комбинированное развитие, включая умственное, нравственное и физическое.

Сама идея гармоничного развития личности зародилась еще в Древней Греции, после чего, в разное время, всячески преобразовывалась педагогами-утопистами, социологами-утопистами, педагогами-марксистами.

В эпоху средневековья нормы и принципы диктовались обществу феодалами и церковью. Цели воспитания ставились разные для рыцарей, крестьян и ремесленников. В эпоху возрождения Томас Мор – социалист-утопист своего времени, мечтал о равенстве воспитания и участия в труде для всех граждан. Его цели намного опережали свою эпоху.

В Новое Время славянский педагог Я. А. Каменский считал главной целью воспитания – всеобщее образование и подготовку к жизни после смерти. Д. Локк видел приоритетным воспитание джентльмена. Пропаганда принципов свободного воспитания характерно для Ж. Ж. Руссо. По мнению А. Дистервега основой воспитания являлась подготовка молодежи к счастливой жизни, что само по себе неплохо, но крайне размыто.

Цели воспитания в российской педагогике

Мнения российских педагогов, по поводу ключевых воспитательных целей, также существенно различались. Так, Н. И. Пирогов придерживался теории воспитания Гражданина Отечества, а К. Д. Ушинский считал первоочередной целью системы воспитание труженика и патриота. Л. Н. Толстой утверждал, что важнейшая задача – это развитие творческих дарований крестьян и мечтал «Об университете в лаптях». Социалисты-утописты К. Маркс и Ф. Энгельс стремились к развитию всех человеческих способностей и соединении обучения с производственной деятельностью.

КПСС сформулировала в качестве цели воспитания «подготовку поколения способного окончательно установить коммунизм» и « всесторонне развитых членов коммунистического общества». Впоследствии провозглашенные идеи так и не были претворены в жизнь.

Интерес представляют современные взгляды педагогов на формулировку основополагающих воспитательных целей. Профессор А. А. Радугин в основу идеи ставит принцип гуманизма. С данной позиции, по мнению исследователя, человек должен стать полноценным субъектом деятельности, познания, общения, ответственным за все происходящее в мире, свободным и ответственным членом общества.

Читать еще:  В каком году скончался грибоедов. Биография Грибоедова: интересные факты. Интересные факты о Грибоедове Александре Сергеевиче

Б. Т. Лихачев считает, что общечеловеческая демократическая цель воспитания, не единственная, которая имеет место быть. Помимо таких положительных идеалов, существуют и негативно характеризующие себя цели. Здесь подразумеваются такие идеологические направления как:

  • Авторитарность.
  • Буржуазность.
  • Национализм.
  • Космополитизм.
  • Чрезмерная религиозность.
  • Анархически-разрушительные идеи и прочие.

Анализируя их, автор предположил, что они насаждают в детской среде рассеянность, скептицизм, индифферентность к общечеловеческим идеалам, цинизм, отчужденность от подлинной культуры.

Возлагаемые на коммунистическое воспитание, как на средство достижения идеала личности советского общества, надежды не оправдались. Исходя из этого, определения и формулировка цели – это, безусловно, важный начальный элемент педагогической деятельности, но не единственный и, тем более, не решающий. Помимо цели важную роль играют и средства для ее достижения, которые либо позволяют добиться желаемого, либо показывают себя как малоэффективные. Основываясь на кратком обзоре и анализе постановки целей воспитания в различные исторические эпохи, И. П. Подласый сформулировал следующее:

«Разумной альтернативы всестороннему и гармоничному воспитанию нет. Оно по-прежнему остается идеалом, к достижению которого, с учетом допущенных ошибок (в советский период), будет стремиться новая отечественная школа России. Это не отдаленный идеал, а вполне достижимая, при разумной организации и поддержке всего общества цель».

Воспитание в западных странах и его цели

Воспитание в Западных странах в большинстве ограничено концепцией «адаптация личности к жизни». Так, например, в США данная концепция под влиянием философии и педагогики прагматизма Д. Дьюди практикуется с 20 -х годов по сегодняшний день с небольшими метаморфозами. Эти идеи в свое время поддерживали А. Маслоу, Л. Комбс, Э. Колли, К. Роджерс и др. Цели образования, согласно этой концепции, сводятся к воспитанию личности, как эффективного работника, примерного семьянина, разумного потребителя и ответственного гражданина. Данные убеждения оказали влияние на воспитательную систему множества стран. На идеях педагогов-прагматистов была сформулирована основная цель воспитания, как формирование чувства собственного достоинства гражданина и самоутверждение каждой личности.

В подготовке гражданина школа играет не последнюю роль. Она направлена на воспитание законопослушного патриота, безоговорочно испытывающего гордость за свою страну. В последнее время наблюдается тенденция следования концепции гуманизации воспитательной системы. Подтверждение этому можно обнаружить в утверждении идеи педоцентризма, где ребенок – венец всего, а основная цель – защита его прав.

Согласно концепцией необихевиористского происхождения в психологии и педагогике выдвигается задача формирования «управляемого индивида». Как известно, в основе учения бихевиористов лежит идея реакции человека на определенные стимулы. Путем формирования комбинаций таких стимулов в теории можно добиться конкретной модели поведения у любой личности. Однако, авторы не учли, что человек является существом самодостаточным, сознательным, самоактивным и, с большим сомнением, согласится быть только лишь объектом сторонних манипуляций.

Стоит упомянуть и о целях воспитания опирающихся только лишь на религиозные и философские учения. Так, педагоги-неотомисты основной задачей ставят воспитание богобоязненной личности. Через христианство же формируется личность добродетельная. В Англии идеально правильной системой воспитания считается подготовка настоящего джентльмена, ответственного, физически крепкого и закаленного с высокой культурой поведения. Северные страны Европы и Германия, в том числе, традиционно воспитывается личность аккуратная, дисциплинированная, трудолюбивая. Основой китайского и японского воспитательного процесса считается коллективизм и чувство глубокого уважения к старшим. В США основной упор сделан на развитие самостоятельности, независимости, деловитости, индивидуализма.

Стили воспитания в различные исторические периоды.

Американский ученый Ллойд Демоз, один из основателей психоистории, провел очень интересное исследование, которое отражает разные стили воспитания и отношение к детям, начиная с IV века до нашей эры и вплоть до наших дней. Выделенные ученым шесть этапов показывают постепенное сближение родителей и детей и дает некоторое подобие классификации современных стилей воспитания.

Стиль детоубийства (с древней античности до VI в.н.э.). Чтобы понять суть этого периода, вспомним Медею: когда родители боялись, что воспитать или прокормить ребенка будет слишком сложно, они его убивали. Конечно же, это оказывало сильное влияние на выживших детей — преобладали у них проективные реакции.

Оставляющий стиль (VI-XIII в.н.э.) — в этот период родители признали в ребенке душу, но чтобы избежать появления опасных для детей проекций, фактически отказывались от них — отправляли в интернаты, к кормилице, в монастырь, чужую семью, в имение какого-либо знатного рода в роли заложника или слуги. Дом окружали атмосферой строгой эмоциональной холодности. Вспомним Гризельду, которая без сомнений отказалась от детей, чтобы сохранить любовь мужа. Проекции по-прежнему играют большую роль: считается, что ребенок — сосуд зла, его следует бить.

Амбивалентный стиль (XIV-XVII вв.) — дети постепенно вливаются в эмоциональную жизнь взрослых, однако все еще считаются вместилищем опасных проекций родителей. Основной задачей воспитателей в это время считалось «выковать» ребенка. У философов было очень популярно сравнение детей с гипсом, глиной или воском. Появляются первые книги по воспитанию. Впервые появляется образ Марии как заботливой матери для Иисуса.

Навязывающий стиль (XVIII век) — стал результатом отказа от проективных реакций и полного исчезновения обратных реакций. Именно с 18 века можно говорить о переходе к новому стилю отношений. В родителях появляется желание сблизиться с ребенком, обрести над ним власть и контролировать его потребности и волю. Матери начинают няньчить детей, меняются и методы воспитания: малышей уговаривают, а не бьют, повиноваться заставляют с помощью слов. Стала возможной настоящая эмпатия. Благодаря усилиям педиатров, которые добились улучшения заботы родителей о детях, уменьшилась детская смертность, что стало одной из причин демографического роста населения Земли.

Социализирующий стиль (XIX — середина XX вв.) — акцент в воспитании смещается с овладения волей ребенка к ее тренировке, наставлению на правильный путь. Детей социализируют, учат приспосабливаться к любым обстоятельствам. Отцы начинают проявлять интерес к воспитанию детей, иногда даже освобождая маму от некоторых обязанностей. Именно социализирующая модель отношений между родителями и детьми стала основной всех психологических доктрин XX века.

Помогающий стиль (середина XX в. — наши дни) — эта модель воспитания основана на допущении, что дети лучше, чем их родители, осознают свои потребности. В развитии малыша участвуют оба родителя, основная их задача — понимать и удовлетворять любые потребности ребенка. Не предпринимаются попытки дисциплинировать детей — им прощают все проступки, их не бьют и не ругают. Такой стиль воспитания требует больших временных затрат, особенно в первые шесть лет, поскольку невозможно помочь ребенку решать ежедневные задачи не отвечая на его вопросы, не проводя с ним время за играми. Родители становятся слугами, а не повелителями ребенка, создают условия для развития его интересов, внимательно разбираются в причинах его эмоциональных конфликтов. В итоге вырастают добрые, сильные люди, которые не подвержены депрессиям и не склоняются перед авторитетом.

Место психологии в деятельности педагога.

Педагогическая психология — наука, предметным полем которой является образование. Главной целью образования в современных условиях становится воспитание личности, способной к самообразованию и саморазвитию, к свободному и компетентному определению себя в обществе, культуре, профессии. Развивающее образование ставит на первый план создание таких условий, которые бы способствовали активизации творческого потенциала всех сфер личности учащегося (эмоциональной, личностной, духовно-нравственной). Для психолога, работающего в образовании, важно ответить на вопрос: «Создает ли образование условия для полноценного функционирования, психического и физического здоровья, личностного роста ребенка?».

Возможности педагогической психологии как конструктивной, практико-ориентированной науки, выступающей фактором развития образования, каждого из его субъектов — детей, родителей и педагогов, — огромны. Современная педагогическая психология строится на принципе неразрывности субъекта и объекта. Она превращает конструирование жизни в исходный пункт своего исследования, рассматривая в свою очередь само исследование как проектирование феноменов, формируя таким образом сознание и психологов и педагогов. Психолого-педагогические теории решают каким должен быть психолог, работающий в образовании, какие принципы должны определять его профессиональную и личную позицию. И это во многом зависит от знаний психолога. Однако в большей степени эффективность работы психолога определяется его личностными особенностями: глубоким интересом к людям, эмоциональной стабильностью, уважением прав другого человека, осознанием профессионального долга, способностью вызывать доверие, высоким уровнем самопонимания.

Читать еще:  Как встретить новый год что приготовить. «Волованы с икрой»

Педагогическое общение и педагогическое воздействие.

Успешное педагогическое общение является основой эффективной профессиональной деятельности учителя. Общение с воспитанниками в педагогических целях играет важную роль в социализации ученика, в его личностном развитии. Однако даже опытные учителя сталкиваются с трудностями общения, которые осложняют педагогическую работу, часто вызывают острое чувство неудовлетворенности, а порой и сомнения в своей профессиональной состоятельности.

Педагогическое общение — это профессиональное общение преподавателя с учащимися на уроке или вне его (в процессе обучения и воспитания), имеющее определенные педагогические функции и направленное на создание благоприятного психологического климата, оптимизацию учебной деятельности и отношений между педагогом и учащимися внутри ученического коллектива. Педагогическое общение — многоплановый процесс организации, установления и развития коммуникации, взаимопонимания и взаимодействия между педагогами и учащимися, порождаемый целями и содержанием их совместной деятельности (В.А. Сластенин и др.).

Профессионально-педагогическое общение — это система приемов и методов, обеспечивающих реализацию целей и задач педагогической деятельности и организующих, направляющих социально-психологическое взаимодействие педагога и воспитуемых

Педагогическое воздействие — особый вид деятельности педагога, цель которой — достижение позитивных изменений психологических характеристик воспитанника (потребностей, установок, отношений, состояний, моделей поведения).

Цель любого психологического воздействия — преодоление субъективных защит и барьеров индивида, переструктурирование его психологических характеристик или моделей поведения в нужном направлении. Существуют три парадигмы психологического воздействия и соответствующие им три стратегии воздействия.

Первая стратегия — стратегия императивного воздействия; функции: контроль поведения и установок человека, их подкрепления и направления в нужное русло, принуждения по отношению к объекту воздействия. Стратегия менее всего пригодна в педагогической практике, так как воздействие, осуществляемое без учета актуальных состояний и отношений другого человека, и межличностных коммуникаций, приводит к отрицательным последствиям.

Вторая стратегия – манипулятивная – основывается на проникновении в механизмы психического отражения и использует знание в целях воздействия. Эту стратегию применяют для формирования общественного мнения, например в рекламе, а иногда и в педагогической практике.

Третья стратегия — развивающая. Психологическое условие реализации такой стратегии — диалог. Принципы, на которых она основывается, — эмоциональная и личностная открытость партнеров по общению, психологический настрой на актуальные состояния друг друга, доверительность и искренность выражения чувств и состояний.

ИСД педагога. Виды

Общее понятие о стиле педагогической деятельности. Педагогическая деятельность, как и любая другая, характеризуется определенным стилем исполнения. В общем смысле понятие «стиль» подразумевает наличие некоей устойчивой системы способов и приемов осуществления деятельности. Эта система является стабильной чертой, проявляющейся в различных условиях, при которых приходится выполнять данную деятельность. То, какой именно стиль исполнения складывается у субъекта деятельности, обусловлено в первую очередь его индивидуально-психологическими особенностями – типом темперамента, чертами характера, уровнем развития профессиональных способностей и др. Согласно определению Е. А. Климова стиль деятельности в собственно психологическом смысле – это «обусловленная типологическими особенностями устойчивая система способов, которая складывается у человека, стремящегося к наилучшему осуществлению данной деятельности. индивидуально-своеобразная система психологических средств, к которым сознательно или стихийно прибегает человек в целях наилучшего уравновешивания своей типологически обусловленной индивидуальности с предметными внешними условиями деятельности». [45] Это определение особо подчеркивает, что наилучшее выполнение деятельности достигается благодаря индивидуальному своеобразному сочетанию ее приемов и способов.

Каждый взрослый человек, сознательно выбирающий педагогическую профессию, на момент осуществления этого выбора является уже во многом сформировавшейся личностью со своими индивидуальными особенностями. Индивидуальные качества педагога в любом случае должны отвечать общим психологическим требованиям к данной профессии. Кроме того, в педагогической деятельности, относящейся к типу профессий «человек– человек», в обязательном порядке необходимо учитывать психологические особенности другой стороны – учащихся. Например, стиль работы и общения с учениками учителя начальных классов как непосредственно на уроке, так и вне его будет заметно отличаться от стиля общения, допустим, учителя химии, работающего исключительно со старшими подростками и юношами. В свою очередь, преподаватель вуза по стилю деятельности будет значительно отличаться от школьного учителя, в том числе и преподающего ту же самую дисциплину. Таким образом, на формирующийся индивидуальный стиль педагогической деятельности влияют по меньшей мере три основных фактора: 1) индивидуально-психологические особенности субъекта этой деятельности, в том числе индивидно-типологические, личностные и поведенческие; 2) психологические особенности самой деятельности; 3) особенности обучающихся (возраст, пол, статус, уровень знаний и т. д.).

Основными областями проявления индивидуального стиля педагогической деятельности являются:

› темперамент (время и скорость реакции, индивидуальный темп работы, эмоциональная откликаемость);

› характер реакции на те или иные педагогические ситуации, а также на различные действия и поступки учеников;

› выбор методов обучения;

› выбор средств воспитания;

› стиль педагогического общения;

› применение средств психолого-педагогического воздействия на учащихся, в том числе предпочтение тех или иных видов поощрений и наказаний.

Необходимо отметить, что формирование у каждого педагога индивидуального стиля деятельности накладывает естественные ограничения на использование им чужого педагогического опыта, даже самого передового. Педагогу важно помнить, что передовой опыт практически всегда неотделим от личности его автора и представляет собой своеобразное сочетание общезначимых педагогических находок и индивидуальности учителя, поэтому попытки прямого копирования чужого педагогического опыта, как правило, не приносят тех же результатов, что у его авторов. У педагога с другим набором индивидуальных черт те же самые способы и приемы осуществления деятельности будут иметь уже во многом другое воплощение, и далеко не всегда столь же удачное. Они могут просто не подходить ему как личности и индивидуальности и, следовательно, потребуют от него гораздо больше усилий для своего воплощения, что намного снизит их эффективность. Передовой педагогический опыт нужно не просто копировать, но сознательно и творчески перерабатывать: воспринимая главное в нем, учитель должен стремиться к тому, чтобы всегда оставаться самим собой, т. е. яркой педагогической индивидуальностью, и только при этом условии возможно повышение эффективности обучения и воспитания на основе заимствования передового педагогического опыта.

Классификация стилей педагогической деятельности в зависимости от ее характера. Наиболее полное собственно деятельностное представление о стилях педагогической деятельности было предложено А. К. Марковой. [46] Основаниями классификации стилей деятельности в данном случае стали: а) ее содержательные характеристики (преимущественная ориентация учителя на процесс или результат своего труда); б) степень представленности ориентировочного и контрольно-оценочного этапов в труде; в) динамические характеристики (гибкость, устойчивость, переключаемость и др.); г) результативность (уровень знаний и умений учеников, их интерес к предмету). На этой основе были выделены четыре типа индивидуальных стилей деятельности учителя

Автор выделяет два основных вида индивидуального стиля педагогической деятельности по характеру соотношения смысложизненных ориентации и проявлений индивидуальности:
1. Индивидуальный стиль педагогической деятельности, в котором смысложизненные ориентации и проявления индивидуальности находятся в гармоническом соотношении. В пределах этого вида выделены и охарактеризованы следующие разновидности ИСПД:
а) ведущим фактором ИСПД являются смысложизненные ориентации;
б) ведущим фактором ИСПД являются индивидуальные особенности учителя.

2. Индивидуальный стиль педагогической деятельности, в котором смысложизненные ориентации и проявления индивидуальности находятся в диссонирующих отношениях. В пределах этого вида ИСПД охарактеризованы следующие его разновидности:
а) ИСПД, в котором преобладает диссонирующее влияние индивидуальных особенностей;
б) ИСПД, в котором преобладает диссонирующее влияние смысложизненных ориентаций.

Итак, индивидуальный стиль педагогической деятельности, представляющий собой специфическую для данного учителя систему способов, приемов и форм профессиональной работы, есть своеобразный «сплав» смысложизненных ориентации и особенностей его индивидуальности. Эффективность индивидуального стиля педагогической деятельности существенно зависит от специфики соотношения смысложизненных ориентации и проявлений индивидуальности учителя. Указанное соотношение может быть гармоничным или диссонирующим. При этом ведущим фактором ИСПД могут быть как смысложизненные ориентации, так и индивидуальность учителя (ИСПД как бы «вырастает» из индивидуальности).

В тех случаях, когда педагогическая профессия является ведущим компонентом структурной иерархии смысла жизни, создаются благоприятные условия для раскрытия индивидуальности учителя — профессионала. В условиях малой значимости профессионального смысла затрудняется нейтрализация недостатков, связанных с психодинамическими особенностями личности учителя, что ведет к одностороннему проявлению его индивидуальности в профессиональной деятельности.

Источники:

http://megaobuchalka.ru/4/36526.html
http://zaochnik.com/spravochnik/pedagogika/teorija-vospitanija/otnoshenie-k-detjam-i-tseli-vospitanija/
http://megalektsii.ru/s32796t1.html

Ссылка на основную публикацию